Она стояла на берегу изумрудно-бирюзового океана в полный штиль. Первые лучи только что проснувшегося светила коснулись поверхности пока только едва видимых, но уже набирающих силу, волн… Океан вдруг ожил и заволновался, переливаясь всеми оттенками зелёного…
Оголённые мускулистые торсы косарей медленно приближались, словно в ритмичном танце – беззвучно и неотвратимо…
Капельки пота стекали тонкими струйками расплавленного золота по их бронзовым телам. Они двигались навстречу друг другу с четырёх сторон света, оставляя каждый за собой ровный, длинный тёмно-зелёный след, втоптанной в землю волны…
Когда они сошлись, то оказались в центре огромного, вселенского креста, как будто только что вытесанного из природного малахита.
В том месте, где они встретились, в самом центре, сидела кроткая диковинная птица. Они спугнули её, сами того не желая, и она улетела, оставив одиноко лежать в клочке нескошенной травы совсем маленькое, крохотное яйцо…
Косари не заметили его и раздавили,- слишком мало, чтобы почувствовать… Утерев пот и, перекинув косы через плечо, они радостные возвращались проторенной ими же дорогой назад.
Она стояла на голой, выжженной солнцем земле. Скошенная трава так быстро увяла и пожелтела, превратившись в солому, которую развеял налетевший ниоткуда ветер.
В том самом месте, где сидела маленькая птица, теперь, свернувшись в неподвижное, мраморно-холодное кольцо, лежала огромная серая змея, кусающая свой хвост…
Прочитано 12353 раза. Голосов 2. Средняя оценка: 5
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
Теология : Тайна родословий в Первой книге Паралипоменон - Николай Погребняк Первая книга Паралипоменон начинается с родословной, которая представляет интерес скорее для иудеев, чем для христиан. Хотя, нет, — нам, христианам, тоже есть чему поучиться. Изучив и проанализировав родословие в 1Пар. можно получить сведения о духовной жизни Израиля после его возвращения из Вавилонского плена.
